Почему люди выбирают католическую традицию

Материал дополняется.

В этом разделе мы хотим Вам представить истории людей, которые нашли для себя дореформенную традицию Католической Церкви

 

Николай Бученков, апрель 2019 г.

Моя дорога в Католицизм.

Я родился и вырос в Москве, в полной семье, воспитывался в интеллигентной и достаточно консервативной среде. С религиозностью, однако, дела в жизни семьи обстояли своеобразно. Бабка и дед мои были крещёные, но не особенно верующие. Отец, однако, принял Святое Крещение осознанно в 14 лет.

Впрочем, религиозной жизни, и особенно практики веры, в нормальном виде я не знал до достаточно зрелых лет. В церковь мы ходили, как многие, лишь на Пасху, куличи посвятить. Несмотря на это, в моей жизни иногда проскакивали моменты духовного поиска, но моя вера как бы спала, и я ждал, что однажды мне будет явлено нечто вроде откровения, когда я все пойму, как следует.

С моралью у нас было ещё более туго, чем со здоровой практикой веры. Многие очевидные для католика вещи мне и моим братьям никто не рассказывал, и однозначно грешные и предосудительные явления и поступки нам казались нормой жизни.

Но в 2013 году случился переломный момент, когда Бог впервые “вышел на связь” со мной. После тяжёлых личных неурядиц я впервые решил коренным образом пересмотреть свои взгляды на жизнь, стал немного молиться и исследовать религию. Признаться, уже тогда в моей голове пронеслась мысль сходить в костел, но я также вспомнил, как в школе хвалили Мартина Лютера и вообще деятелей Реформации, и на фоне своего молодежного бунтарства я попал к баптистам и почти полгода посещал их собрания, пока однажды буквально не сбежал оттуда из-за атмосферы лицемерия и сектантских настроений в этой “церкви”. После этого в конце 2014 года я ушёл в армию, и потом еще несколько лет бродил без особой цели, пока второй зов Бога не дошел до меня спустя еще три года, в 2017 году.

К этому самому моменту я, с учетом прошлого жизненного опыта, который несколько встряхнула и освежила недавно закончившаяся служба в армии, снова взялся за упорядочивание своей жизни. Я пришел к неутешительному выводу, что, во-первых, с моралью в моей жизни дела обстояли все еще весьма плачевно, и, во-вторых, мой интерес к католической церкви возник как следствие отношения к ней как к импортному и враждебному явлению многих окружающих. Заинтересовавшись ею, я обрёл ответы на многие вопросы, мучившие меня.

На YouTube мне попались видео отца Майка Шмитца, где он непринужденно и толково отвечал на самые разные вопросы, от жизненных ситуаций до глобальных вопросов вероучения, а также пара-тройка других каналов католической тематики. В итоге, после переваривания полученной информации, я твердо решил стать католиком. Начал с малого: научился креститься открытой ладонью, а также с нуля, очень резво, вызубрил основной “боевой” набор молитв Церкви на латыни, так как считал, что последнее – естественно для католика.

После Пасхи 2018 года мне довелось впервые в жизни посетить Мессу на русском языке в храме Святого Людовика Французского на Лубянке. Мне очень понравилось, и я решил, что буду регулярно посещать храм. Вскоре я начал посещать воскресную Мессу на регулярном базисе и пошёл на катехизацию. Казалось бы, на этом можно было историю закончить, но в этот самый период произошло то, что некоторые называют призывом внутри призыва. Мое внимание привлекло такое направление мысли и практики, как Католический Традиционализм. Я внимательно изучал зарубежную прессу, потому что там среди разнообразия мнений можно было найти очень много действительно интересного материала. Меня удивило, что с амвонов церквей говорят люди, поддерживающие пропаганду нерегулярных отношений, а то и вообще ЛГБТ-движение, как, например, скандальный отец Джеймс Мартин и кардинал Блез Супич, а те миряне и священники, кто до последнего отстаивает традиционные ценности и аутентичную практику католической Веры, превратились в изгоев.

Еще до того, как я впервые пришел на Мессу, мне довелось слышать краем уха о Тридентской Мессе, и на катехизации я решил спросить сестру-преподавателя о ней, но получил уклончивый ответ, мол, есть в Соборе группа, для которой “специально подготовленный священник” служит Мессу.

Однажды, зайдя в Собор, я увидел, как из дверей выходит священник, латинский, но совершенно непохожий на других. Во-первых, он носил сутану, в отличие от многих других священников. И, во-вторых, внешне определив его возраст, я подумал, что он должно быть служит очень давно, и наверняка он в чем-то особенный. К тому времени я успел посмотреть одну видеозапись Тридентской Мессы и, вспомнив, что священники из того видео были одеты точно так же, начал догадываться, что он-то, должно быть, и есть тот самый “специально подготовленный священник” – и не прогадал.

В ноябре 2018 года я решил впервые посетить Мессу в том виде, в каком Церковь служила ее с незапамятных времен. Во-первых, Месса была не просто другая. Даже несмотря на тесноту и более скромный антураж, чем в родном Людовике, во всем чувствовался нерушимый порядок и торжественность. Во-вторых, само содержание ритуалов Мессы гораздо полнее, и сперва я даже не мог сориентироваться в брошюре, где содержался порядок неизменяемых частей, но когда я наконец увидел Пресуществление и элевацию именно так, как это должно выглядеть всегда, услышал григорианское пение, переносящее во времена Средневековья, окутанные бессмертными легендами, тайнами и чудесами, а также латынь абсолютно везде (ну, без учета дублирования чтений на родном языке и проповеди, естественно), я понял, что жизнь для меня уже не станет прежней. Вдобавок, меня очень порадовал действительно радушный прием, оказанный Обществом Святейшего Сердца Иисуса, а также тем самым священником – отцом Августином Дзендзелем SDB.

После долгих и тягостных размышлений, я поставил свою семью перед фактом, что с февраля этого, 2019 года, я буду посещать только Традиционную Латинскую Мессу. Члены семьи пожали плечами, но противиться не стали.

Кульминацией моего долгого пути домой стало решение присоединиться к Церкви через традиционную церемонию. Я и члены Общества взялись за кропотливую работу по подготовке к проведению ритуала. В ходе подготовки, которая началась еще в начале марта, нам совместными усилиями удалось найти все необходимые рубрики, показать их отцу Августину, у которого был первый в его шестидесятилетнем служении случай приема конвертита, а также подготовить текст Торжественного Тридентского Исповедания Веры в соответствии с формулой, предписанной для еретиков и схизматиков восточных в 1890 году, который я, как и положено по традиции, писал чернилами от руки. В конце концов, после успешного урегулирования бюрократических вопросов, к назначенному моменту все было готово, и в ходе Мессы Вигилии Пасхи я был успешно восстановлен в полном общении со святой Католической Церковью через традиционный ритуал приема новообращенных. Очень интересно вышло, что моя семья в полном составе к этому моменту уже успела присоединиться в Людовике, по новому обряду, и даже дважды причаститься, а я, кто первым принял решение принять Католицизм, сделал это последним. Но зато каким чудесным образом!

В качестве эпилога, хочется сказать, что самое, пожалуй, главное в пережитых мной событиях, это то, что теперь я наравне со всеми живу жизнью полноценного члена Святой Церкви, и центром этой жизни является Жертва Святой Мессы, в том виде, в каком она дошла до нас с незапамятных времен, времен легенд, неистовой духовной борьбы и великих свершений.

Сейчас мне совершенно понятно, что движет людьми, готовыми буквально лечь костьми за то, чтобы традиционное движение жило и процветало, ведь Традиционная Латинская Месса – это не просто набор рубрик, чтений и молитв. Это – фонтан изобилия всеобъемлющей Любви Божией, это – неиссякаемый источник духовной Жизни и совершенствования, это – Месса Крестоносцев, Конкистадоров, великих Инквизиторов, несгибаемых мучеников и мудрых монахов. Это – наша Месса. Месса святого Народа Господня, идеальный бесценный Бриллиант в короне непреходящей Традиции Церкви Христовой.

И это также моя Месса, как и каждого из нас в отдельности.

Это – Месса Всех Времен.